Самое интересное в мире музеев с 1931 года.

Шанс нельзя упускать

С 2015 года музейное сообщество, обеспокоенное судьбой одной из лучших коллекций русского авангарда, следит за судьбой Музея искусств Республики Каракалпакстан имени И. В. Савицкого.* Не утихали слухи о пропаже и подмене произведений из коллекции, о том, что в музее не всё в порядке, а международный фонд «Друзья Нукусского музея» прекратил сотрудничество, обнаружив пропажу части благотворительной помощи. В 2018 году ситуация стала меняться: Фонд развития культуры и искусства при Министерстве культуры Узбекистана объявил международный конкурс на должность директора, в котором победил Тигран Мкртычев. С января 2021 года он приступил к работе. С новым директором Нукусского музея беседовала Лариса Плетникова.

- Тигран Константинович, расскажите, пожалуйста, о концепции развития музея, предложенной вами.

Тигран Мкртычев: По условиям конкурса предлагалось выбрать одно направление, и я представил концепцию, связанную с увеличением потока посетителей в музей. Посетители музея различаются по интересам. Во‑первых, туристы, приезжающие в Нукус смотреть коллекцию авангарда, собранную И. В. Савицким. Если у них есть время, они посещают экспозиции археологии и декоративно‑прикладного искусства каракалпаков. Далее по убыванию следует экспозиция художников Каракалпакстана. Можем ли мы изменить их интересы? Скорее всего, нет. Единственное, что в наших силах, — заинтересовать провести у нас как можно больше времени. Для этого нужен грамотный рассказ экскурсовода правильная навигация. Во‑вторых, местные жители. На мой взгляд, горожанам и приезжим из районов интересно увидеть своих, местных художников. Это их среда, их окружение, которое стало искусством. Здесь должны быть почти родственные связи между музеем и посетителем, и задача музея эти связи выстраивать. Это же касается и декоративно‑прикладного искусства, которое во многом уже ушло из обычной жизни, но является частью традиции. Следовательно, музей должен строить стратегию привлечения местных посетителей на локальных ценностях, на том, что это родной край, его история, его традиции. Их надо знать, чтобы идентифицировать себя в окружающем мире.
Изменения 2020 года внесли свои коррективы в планы, я не думаю, что в ближайший год мы сможем вернуть поток внешних туристов. Следовательно,
мы сконцентрируемся на втором сегменте наших посетителей. Это не значит, что высказанные мной идеи перестали быть актуальными. Просто их актуальность несколько сместилась по времени. Вместе с тем, уже начав работать, я вижу задачи, стоящие перед музеем, более объёмно. Одна из первоочередных задач, которые я ставлю перед собой, — это проведение сверки наличия. Те, кто следит за новостями из Нукуса, знают  многочисленные разговоры о том, что в фондах музея творится что‑то неладное. Это было одной из причин давления на многолетнего директора музея М. М. Бабаназарову и, в конечном итоге, привело к её увольнению. Поэтому я считаю, что все дальнейшие большие и выставочные и экспозиционные проекты музея должны основываться на результатах сверки наличия.

- В интервью порталу Sputnik Узбекистан вы говорили о своём намерении привлекать к работе с коллекцией российских специалистов. Можете ли вы назвать имена?

Тигран Мкртычев: Задача привлечения внешних специалистов, в том числе российских искусствоведов, мне кажется очень продуктивной. Дело в том, что собрание графики и живописи музея включает большое количество имён, изучение творчества которых требует специальной подготовки и научного бэкграунда, отсутствующего у нынешних сотрудников музея. Это не в упрёк им, это констатация факта. Соответственно, чтобы получить квалифицированное описание коллекции, нужны специалисты. Чтобы понять, кто это может быть, достаточно открыть «Энциклопедию русского авангарда». Эти люди — её авторы. Сейчас разрабатывается программа, цель которой — получение финансирования на научную работу, чтобы дать возможность ведущим искусствоведам приехать в Нукус и поработать с коллекцией музея.

- И немного о личных искусствоведческих пристрастиях в коллекции Нукусского музея.

Тигран Мкртычев: Мои личные искусствоведческие пристрастия определились давно. С детства — спасибо моим родителям, которые интересовались
изобразительным искусством, — мне нравились импрессионисты. Поэтому нет ничего удивительного, что во время учёбы в Ташкенте, когда я увидел
картины Павла Петровича Бенькова (1879 – 1949), работавшего в импрессионистической манере, мне стало ясно, что это мой художник. Его взгляд
на солнце и пыль Средней Азии, на её краски — это мой взгляд. Потом жизнь сложилась так, что я стал изучать наследие этого художника, и его внучка Марина Юрьевна Лещинская приняла меня в клан Беньковых. Так у меня появились родственники из потомков знаменитого художника, а его жизненный путь служит для меня примером того, что когда Господь даёт тебе шанс, его нельзя упускать. Именно об этом я написал в своей статье к каталогу выставки «Место под солнцем», посвящённой двум великим художникам и друзьям — Николаю Фешину и Павлу Бенькову. Выставка состоялась в Музее русского импрессионизма в 2019 году. В коллекции Нукуса хранятся несколько произведений Павла Петровича. 
Другим пристрастием и отчасти темой моего научного интереса являются художники «туркестанского авангарда ». Этот термин мы предложили вместе с моим другом и соавтором Екатериной Станиславовной Ермаковой. Несмотря на многочисленные споры о его правомерности, я считаю, что он уже стал частью истории искусства. В «Энциклопедии русского авангарда» есть наша статья на эту тему. Среди любимых художников — А. Н. Волков, У. Тансыкбаев, Н. Карахан, Е. Коровай, В. Уфимцев, А. Н. Николаев (Усто Мумин).

- Каких ещё специалистов вы планируете привлекать к работе музея?

Тигран Мкртычев: Давайте помнить, что современный музей — очень сложная структура, требующая комплексного подхода. Сейчас я работаю над предложением, которое хочу разослать нескольким ведущим компаниям и музейным дизайнерам — их имена практически у всех на слуху, — чтобы узнать, кто из них может помочь нашему музею. У меня есть собственные пристрастия, среди этих людей есть мои близкие друзья, но всё‑таки речь пойдёт о неком конкурсе. Нукусский музей — знаковое место, и моих предпочтений при принятии решения будет недостаточно.

- Будет ли музей проводить археологические исследования?

Тигран Мкртычев: У нас в отделе археологии пять научных сотрудников, но среди них нет ни одного дипломированного археолога. Что касается
светлого будущего, то лично мне, как археологу, даже при наличии условно свободного времени нет никакого резона начинать раскопки в Приаралье.
Это для меня абсолютно новый регион, в котором нет (пока) моих научных интересов как археолога. Мне часто приходится приводить простой пример, когда мне говорят: ну ты же археолог! Да, археолог. Но тут же добавляю: вот врачи бывают хирурги, а бывают окулисты. И тот, и другой врачи. Но окулист не станет оперировать, по крайней мере, без особой необходимости. А её пока нет.
В этом регионе работают опытные археологи. Я думаю, многим знакомо имя Сергея Павловича Толстова (1907 – 1976), который был создателем знаменитой Хорезмской археологической экспедиции. Изучение региона началось ещё в конце 1930‑х годов, и уже сразу после Великой Отечественной войны археологические работы экспедиции Толстова в Хорезме и Приаралье дали фантастические результаты. На основе этих исследований, собственно, и написана древняя история края. Хорезмская экспедиция стала базой для формирования местной школы археологии. В настоящее время каракалпакские археологи продолжают работать совместно с австралийскими, французскими и российскими коллегами. Достаточно сказать, что Государственный музей Востока и Институт востоковедения Российской академии наук имеют трёхсторонний договор с Каракалпакским отделением Академии наук Узбекистана об археологическом изучении нескольких памятников. Первая совместная экспедиция была проведена в 2019 году, в 2020 году известные обстоятельства не позволили провести экспедицию. Очень надеюсь, что в этом году работы будут продолжены и я смогу встретиться в поле со своими московскими друзьями и коллегами — С. Б. Болеловым и А. С. Балахванцевым.

- Как вы планируете проводить обучение сотрудников музея?

Тигран Мкртычев: Первым «педагогом» в Нукусе должен быть специалист по учётно‑хранительской работе. У меня есть такой человек в Москве. Сейчас ищу деньги на его приезд минимум на неделю. К сожалению, события, связанные с пандемией, значительно усложнили решение этой, казалось бы, простой задачи — людей надо беречь, цены на авиаперелёты выросли многократно, спонсоров стало меньше.

- В период руководства музеем Мариники Маратовны Бабанзаровой очень активно работал Клуб друзей музея. Есть ли у вас план по реанимации этой структуры?

Тигран Мкртычев: На сегодняшний день есть понимание необходимости восстановления Клуба друзей. Я лично знаком с некоторыми активистами клуба, которые, надеюсь, увидели мои серьёзные намерения развивать музей, в том числе и с их помощью. План того, что вы назвали реанимацией, готовится. Мне кажется, очень важно возобновить открытость музея миру, и в этом большую роль должны сыграть друзья музея. Надеюсь, что Клуб станет местом, где будут генерироваться идеи, собираться полезная информация, находиться способы и механизмы помощи музею.

- Сейчас очень много споров о том, каким должен быть современный музей. На одной из последних сессий ICOM так и не смогли найти формулировку понятия «музей», устраивающую всех. Что для вас включает это понятие?

Тигран Мкртычев: Я выскажу очень непопулярную точку зрения: музей — это хранилище материальной информации. Хранить профессионально и делать так, чтобы эта информация дошла до следующих поколений, — вот его основная цель. Вокруг неё вырастают производные — исследование и популяризация. Это очень долгий разговор про людей, общество, цели, которые ставит перед собой человек и социум. Он очень теоретический. А я, как археолог, практически смотрю на проблему. Мне важно, чтобы через несколько сот лет исследователям будущего было с чем работать. А как они будут интерпретировать этот материал — другой вопрос.

- Как бы вы сформулировали миссию музея, который вы возглавили?

Тигран Мкртычев: Миссия музея — сделать человека лучше. Каждого конкретно.

- Каким должен быть музей будущего?

Тигран Мкртычев: Музей будущего, на мой взгляд, — это встреча с прекрасным и интересным. В наше время экранных историй в телевизоре и компьютере посетитель музея должен иметь возможность личного, непосредственного контакта с произведениями искусства, ему должно быть, с одной стороны, комфортно, а с другой стороны, это должен быть очень высокий позитивный эмоциональный заряд. Мир широк. К сожалению, в нём много несовершенного, но для восстановления внутренней гармонии и должны существовать музеи.

- Ваша готовность взять на себя ответственность за музей, к которому приковано внимание всего мира, в таком состоянии и в таких условиях, на мой взгляд, если не профессиональный подвиг, то как минимум подвижничество. Для этого нужна смелость.

Тигран Мкртычев: Когда я ещё только писал программу для участия в конкурсе, один очень уважаемый мной человек сказал, что тот, кто согласится стать директором в Нукусе, либо сумасшедший, либо мошенник. Не относя себя ни к тем, ни к другим, я прекрасно понимал, на что иду, какие сложности меня ожидают. Система несовершенна — так есть, и так будет. Но можно начать действовать. Хочется делать интересное дело, и это дело есть. Такой музей! Все настоящие музейщики немного сумасшедшие. Но без нас, сумасшедших музейщиков, будущее потеряет материальную память. 

Узбекистан. г. Нукус



Отправить сообщение в редакцию